Чортовая палка ничего не доказывает. Вскрик нерадивого ученика не есть доказательство существования мира. Он и есть тот самый звук падения, об котором вопрошается в коане. Не "звук где-то в лесу", а звук, который издал лес, притворившись падающим деревом, притворившимся двумя и более людьми. Мастер не сидит в позе лотоса с палкой в руках. Ученик не стоит рядом, потирая ушибленное эго. Они не пришли на место падения, чтоб зафиксировать его факт. И не наблюдали его. Они возникли в процессе претворения падения. Как мысль. Как идея, что "кто-то, кому-то, должен всё объяснить". Пока дерево падает, оно успевает стать мастером, учеником, самим вопросом, етим ответом, тобой и твоим взглядом, бегущим по следующему слову. Егоист говорит - Меня не было в лесу, следовательно - леса не было. Рассуждение об палке пытается возражать - Тебя ударили, кретин, следовательно - лес был. Оба измышления неправы. В обоих к событию пытаются привлечь наблюдателя - того самого, которого в лесу либо не было, либо его всё-таки ударили палкой. Спор идёт только о том, подтверждается ли мир вокруг него. Сам же наблюдатель не ставится под вопрос. Но наблюдателя, сука, нет! Есть только лес вообразивший падение, которое на одно мгновение притворилось, что у него есть ухо, и етим ухом оно себя не услышало. А потом вообразило егоиста, палку мастера и читателя, который кивает и думает: - Вот теперь я всё понял. Понял не он. То есть не ты. Поняло падение, которому понадобилось стать тобой, чтобы было кому прочитать про лес. А если после всего прочитанного всё ещо хочется спросить, был ли звук - уже поздно. Было лишь мгновение для понимания, но оно закончилось, как и етот абзац, но по инерции продолжает что-то писать...